Корр. Расскажите, пожалуйста, о Вашей жизни в период войны и после неё.
Александр Сталбо
Л.С. Многие спрашивают меня об этом, и я написала короткий очерк
Путь ветерана
Любовь Сталбо
Когда началась война, я работала преподавателем в Высшем Черноморском Военно-Морском Училище в г. Севастополе. С началом войны училище по мобилизационному плану стало 76-й Стрелковой Морской бригадой. Я оказалась вольнонаёмной служащей этой бригады.
Начиная с ночи на 22 июня 1941 г., немцы постоянно бомбили Севастополь и минировали Севастопольскую бухту. В одночасье город – главная база боевых кораблей Черноморского флота – оказался во фронтовых условиях. На второй день войны неработающие женщины и дети из училища, в том числе два моих сына, полутора и четырёх лет, были вывезены на плато, в 25 километрах, в татарскую деревню Уппа. Я могла только иногда навещать детей. По плану предстояла передислокация в Ростов-на-Дону.
В конце августа 1941 года, когда немцы подошли к Крыму, последняя группа офицеров, курсантов и вольнонаёмных, в том числе я с детьми, были переброшены в Ростов-на-Дону. Наш путь – ночью в кромешной темноте поездом до Керчи, погрузка в трюм угольщика. Плыли по Азовскому морю ночью. В стороне Мариуполя стояло зарево, там шли бои.
В середине ноября 1941 года, буквально, за несколько дней до того, как немцы заняли Ростов на Дону, я оставила 76 Бригаду и с детьми эвакуировалась в Баку. Ехали в товарном вагоне. Немцы бомбили непрерывно. Десять километров до Батайска наш эшелон шёл трое суток.
76-я бригада отличилась особой стойкостью и мужеством и понесла большие потери в тяжёлых боях на подступах к Кавказу. При отступлении от Ростова-на-Дону она потеряла половину своего состава и была отведена для переформирования в Минеральные воды. В 1943 году при взятии Ростова-на-Дону в 76-й бригаде погибли и были ранены более 1300 человек.
Я же, добравшись с детьми в декабре 1941г. до Баку, до конца войны преподавала там в нескольких Военно-морских училищах. После Победы я получила медаль “За победу над Германией ”, в 1975-м году – Удостоверение участника войны, а в праздник Победы в 1985 г. – орден Отечественной войны II степени.
По окончании войны я узнала, что квартира в Севастополе разрушена, и можно было поехать в Москву, где жили и работали мои сестра и брат, либо вернуться в родной Ленинград к маме, которая там пережила блокаду.
В начале лета 1946 г. я с сыновьями, уже 6-и и 9-и лет, приехала в Москву по вызову и пропуску из Лаборатории № 2 Курчатова И.В., которая, как теперь известно, вела атомный проект. Окончательное оформление на работу задерживалось из-за допуска. Мы жили у сестры, 5 человек в одной комнате. В конце августа 1946 г., перед началом учебного года, забрав документы и вернув оставшиеся продуктовые карточки в Лабораторию № 2, пришлось ехать в Ленинград.
1 сентября 1946 г. дети пошли в школу, а я – на работу преподавателем в Ленинградское Мореходное училище (черчение, начертательная геометрия, детали машин), где проработала полтора учебных года. Мы поселились у моей матери вчетвером в одной комнате в огромной коммунальной квартире на Невском проспекте в центре города. В Мореходке мне обещали дать комнату, но не имели возможности, и в то же время не хотели отпускать. Я начала искать работу с жильём.
Весной 1948 года счастливый случай помог получить комнату и работу преподавателя ремесленного училища в пригороде Ленинграда, Сестрорецке. Работа оказалась очень тяжёлой, многие дети были без родителей или без отцов, голодные, полуодетые, им было не до учёбы. Училище находилось при одном из крупнейших в Советском Союзе Сестрорецком инструментальном заводе им. Воскова, бывшем оружейном заводе ещё времён Петра Первого.
В том же 1948 году я перешла на этот завод. Чтобы сохранить комнату, я должна была занять рабочую должность. Я стала нормировщицей цеха свёрл, одновременно помогала распределять работы между участками цеха. Вскоре меня назначили начальником бюро технической информации и секретарем технического совета завода. Я отвечала за обмен опытом, участие завода в разработке стандартов, выпуск нормалей и проспектов продукции завода, за приём делегаций, проводила экскурсии и занятия с приезжающими с других заводов, иногда ездила на другие заводы. Работа мне нравилась. Рядом на Финском заливе был лучший в Ленинграде пляж, зимой – лыжи. На Сестрорецком инструментальном заводе я проработала до 1958 года.
Последующие годы до пенсии и после неё работала в Ленинграде на крупных заводах, в проектных организациях и доме техники. В годы 1958-65 была секретарём секции научно-технического общества (НТО) Ленинграда. Печатала много материалов в изданиях Всесоюзного института научной – технической информации (ВИНИТИ). Последнее место работы по специальности с 1965 г. по 1970 г. – старший инженер на Ленинградском Кировском заводе, разрабатывала нормали и стандарты на технологическую оснастку.